Свердловский режиссер рассказал, как снимал триллер на Урале

0

Свердловский режиссер рассказал, как снимал триллер на Урале

Уральский режиссер Евгений Григорьев дебютировал с драмой «Подельники» в игровом кино

Режиссер и креативный продюсер Свердловской киностудии Евгений Григорьев считает, что кино может сниматься не только на московских киноплощадках, но и в регионах. Это стало одной из причин, по которой он решил уехать со съемочной группой на два месяца в Пермский край. Мы поговорили с режиссером, каково это — сниматься при минус 44 градусах, как Павел Деревянко проявил себя в качестве актера драмы и чем сейчас живет Свердловская киностудия.

Свердловский режиссер рассказал, как снимал триллер на Урале

Фильм снимали два месяца в Пермском крае

— Фильм «Подельники» основан на реальных событиях. История рассказывает о 10-летнем деревенском мальчике Илье, у которого убили отца, а он решает наказать преступника. Вы взяли за основу историю, которая произошла с вашими знакомыми или с вами лично?

— Фильм «Подельники» родился в лаборатории «Культбюро» девять лет назад. Конечно, мы снимали шестую версию сценария, но, чтобы появилась шестая, должен появиться первый вариант. Это реальная история. Но снимал я ее не по этой причине. Очень много людей, и я не исключение, попадают в некие жизненные тупики, из которых, кажется, нет выхода.

— Съемки фильма «Подельники» проходили в древнем поселении Кын Пермского края, где по вашему настоянию актеры жили два месяца. Почему было такое требование?

— В экспедиции артисты работают лучше. Во-первых, у них нет никаких других социальных обязанностей, потому что нет рядом жен, детей, собак, привычных друзей. Они занимаются только фильмом. Во-вторых, актерам полезен такой выезд — это дает возможность тщательно поработать с фактурой местности. В-третьих, добираться до поселения Кын сложно: от аэропорта в Перми примерно пять часов нужно ехать на джипе. Если ездить туда-сюда каждую неделю, то это физически тяжело.

— Для съемок вы выбрали не самый северный район Пермского края — Лысьвенский. Но, насколько я знаю, когда вы снимали фильм, было очень холодно. Как проходили съемки, когда было минус 30? Были ли какие-то проблемы во время съемочного процесса?

— Представьте себе, каково играть артистам, когда на улице не минус 30, а минус 44! А было именно так. Замерзают лицевые мышцы, они просто не двигаются. Плюс ко всему отказывает техника: замерзают объективы, очень быстро садятся батарейки у камер. Мы думали, что перехитрим природу: провели анализ и выяснили, когда в Пермском крае еще снежно, но уже не так холодно. Первый съемочный день был шестого февраля, а последний — 17 марта. Именно в этот промежуток средняя температура должна была быть более-менее комфортной — от минус 15 до минус 20 максимум. Но природа распорядилась по-другому, и в Пермском крае в этом году была аномально холодная зима.

Природа нам, наоборот, помогала. Мы с оператором хотели снять фильм в пасмурную погоду, только две сцены нам нужно было снять при солнце. И ровно по календарно-постановочному плану, ровно в эти две смены вышло замечательное солнце, поэтому у меня никаких претензий к силам природы нет.

— В таком актерском ансамбле с Юрой Борисовым и Елизаветой Янковской удивительно видеть Павла Деревянко, который широкой аудитории известен больше как комедийный актер. Почему вы решили взять его на роль главного злодея?

— Мы много артистов пробовали, и даже одного почти утвердили. Но в условиях, приближенных к «боевым», выяснилось, что актер не вписывается в ансамбль. Так за несколько месяцев до съемок мы остались без исполнителя одной из ключевых ролей. И тогда наш продюсер от START Гоша Шабанов сказал: «Слушай, Женя, а ты не хочешь попробовать Пашу Деревянко?» Реакция была примерно такая же, как и у вас: «В смысле? Взять человека из „Домашнего ареста“ на главную драматическую роль?» Он [Георгий Шабанов] говорит: «Ну, что тебе, трудно, что ли? Попробуй, Паша давно ищет материал, который позволит ему выпрыгнуть из этого дурацкого амплуа. Он уже устал. Он хочет чего-то другого». В итоге 31-го декабря, после трех проб, я позвонил Паше [Деревянко] и сказал, что утверждаю его на роль.

— Помимо именитых актеров в фильме снимался юный дебютант — Ярослав Могильников. Расскажите, как он попал к вам на съемочную площадку.

— Я шучу сейчас, что мне уже ничего не страшно, я могу снимать все, что угодно. Потому что в дебютном фильме я собрал детей, звезд, животных и отвез их в стужу. В принципе для эпикфейла было все приготовлено. А вообще мы долго не могли найти парня на главную роль. Я был в отчаянии, потому что съемки уже скоро, а артиста нет. Но однажды мы зашли в кафе в Лысьве. Там за столом в углу сидел Ярослав с мамой и ее подругой. Я сказал продюсеру и оператору, Оле Ерофеевой и Артему Анисимову: «Кажется, это он». Они говорят: «Иди знакомься». Я подошел и произнес речь: «Вы, наверное, не поверите, но я кинорежиссер. Мы сейчас будем снимать кино и ищем главного героя. Можно ли вас, молодой человек, попросить прийти на пробы?» У Ярика очень классная мама, она сказала: «Хорошо, мы будем». Пришли бы мы в это кафе на час позже, ничего бы не было.

— Помимо всего вы являетесь креативным продюсером Свердловской киностудии. Как поживает киностудия спустя год после смены руководства?

— Мы пока занимаемся выстраиванием критической инфраструктуры для кинопроизводства. Она состоит из нескольких блоков. Это блок съемочного оборудования — операторская техника, осветительная и т. д. Дальше — системы хранения данных, сервера. И последнее — монтажная студия, ее надо строить. Сейчас мы над этим работаем. Параллельно работаем над фильмами: для нас было важно, чтобы киностудия вернулась в индустрию.

Я как режиссер буду снимать художественную картину «Сломя голову»: начинаются кастинги, снимать будем в августе—сентябре. Ведем работу над двумя документальными фильмами.

Также мы подаемся на разные гранты, конкурсы, проводим обучение для специалистов киноиндустрии. Вскоре станет понятно, будут ли у нас курсы, которые позволяют прекрасным театральным артистам Екатеринбурга и окрестностей получить дополнительные скилы киноактера. Я надеюсь, у нас летом будет киношкола для артистов. Если резюмировать, то мы работаем по всем направлениям, которые позволяют нам сделать киностудию ресурсным центром для уральских кинематографистов и там, где возможно, отменить имущественный ценз для молодых талантливых ребят, которые хотят развиваться в области кинематографии.

— Планов у Свердловской киностудии действительно много. Какие сроки по реализации проектов вы для себя ставите?

— Наука и искусство по приказу не рождаются. Мы пришли на выжженную землю. Если 18 лет ничего толкового не делали, то это быстро не появится. Мы, может быть, результаты собственных усилий увидим в начале следующего года, когда будет первый фильм «Сломя голову», первые работы, снятые нашими «сталкерами», которые будут исследовать Екатеринбург в рамках проекта «Код города». Когда со стороны смотришь на киностудию, кажется, что не видно, что что-то меняется. Но на Свердловской киностудии сейчас есть жизнь, это самое главное. Важно не обещать никому каких-то быстрых результатов. Не потому что мы плохо работаем, просто кинопроцесс так устроен: это долго, дорого и непросто.

Если вы хотите сообщить новость, напишите нам

Режиссер и креативный продюсер Свердловской киностудии Евгений Григорьев считает, что кино может сниматься не только на московских киноплощадках, но и в регионах. Это стало одной из причин, по которой он решил уехать со съемочной группой на два месяца в Пермский край. Мы поговорили с режиссером, каково это — сниматься при минус 44 градусах, как Павел Деревянко проявил себя в качестве актера драмы и чем сейчас живет Свердловская киностудия. — Фильм «Подельники» основан на реальных событиях. История рассказывает о 10-летнем деревенском мальчике Илье, у которого убили отца, а он решает наказать преступника. Вы взяли за основу историю, которая произошла с вашими знакомыми или с вами лично? — Фильм «Подельники» родился в лаборатории «Культбюро» девять лет назад. Конечно, мы снимали шестую версию сценария, но, чтобы появилась шестая, должен появиться первый вариант. Это реальная история. Но снимал я ее не по этой причине. Очень много людей, и я не исключение, попадают в некие жизненные тупики, из которых, кажется, нет выхода. — Съемки фильма «Подельники» проходили в древнем поселении Кын Пермского края, где по вашему настоянию актеры жили два месяца. Почему было такое требование? — В экспедиции артисты работают лучше. Во-первых, у них нет никаких других социальных обязанностей, потому что нет рядом жен, детей, собак, привычных друзей. Они занимаются только фильмом. Во-вторых, актерам полезен такой выезд — это дает возможность тщательно поработать с фактурой местности. В-третьих, добираться до поселения Кын сложно: от аэропорта в Перми примерно пять часов нужно ехать на джипе. Если ездить туда-сюда каждую неделю, то это физически тяжело. — Для съемок вы выбрали не самый северный район Пермского края — Лысьвенский. Но, насколько я знаю, когда вы снимали фильм, было очень холодно. Как проходили съемки, когда было минус 30? Были ли какие-то проблемы во время съемочного процесса? — Представьте себе, каково играть артистам, когда на улице не минус 30, а минус 44! А было именно так. Замерзают лицевые мышцы, они просто не двигаются. Плюс ко всему отказывает техника: замерзают объективы, очень быстро садятся батарейки у камер. Мы думали, что перехитрим природу: провели анализ и выяснили, когда в Пермском крае еще снежно, но уже не так холодно. Первый съемочный день был шестого февраля, а последний — 17 марта. Именно в этот промежуток средняя температура должна была быть более-менее комфортной — от минус 15 до минус 20 максимум. Но природа распорядилась по-другому, и в Пермском крае в этом году была аномально холодная зима. Природа нам, наоборот, помогала. Мы с оператором хотели снять фильм в пасмурную погоду, только две сцены нам нужно было снять при солнце. И ровно по календарно-постановочному плану, ровно в эти две смены вышло замечательное солнце, поэтому у меня никаких претензий к силам природы нет. — В таком актерском ансамбле с Юрой Борисовым и Елизаветой Янковской удивительно видеть Павла Деревянко, который широкой аудитории известен больше как комедийный актер. Почему вы решили взять его на роль главного злодея? — Мы много артистов пробовали, и даже одного почти утвердили. Но в условиях, приближенных к «боевым», выяснилось, что актер не вписывается в ансамбль. Так за несколько месяцев до съемок мы остались без исполнителя одной из ключевых ролей. И тогда наш продюсер от START Гоша Шабанов сказал: «Слушай, Женя, а ты не хочешь попробовать Пашу Деревянко?» Реакция была примерно такая же, как и у вас: «В смысле? Взять человека из „Домашнего ареста“ на главную драматическую роль?» Он [Георгий Шабанов] говорит: «Ну, что тебе, трудно, что ли? Попробуй, Паша давно ищет материал, который позволит ему выпрыгнуть из этого дурацкого амплуа. Он уже устал. Он хочет чего-то другого». В итоге 31-го декабря, после трех проб, я позвонил Паше [Деревянко] и сказал, что утверждаю его на роль. — Помимо именитых актеров в фильме снимался юный дебютант — Ярослав Могильников. Расскажите, как он попал к вам на съемочную площадку. — Я шучу сейчас, что мне уже ничего не страшно, я могу снимать все, что угодно. Потому что в дебютном фильме я собрал детей, звезд, животных и отвез их в стужу. В принципе для эпикфейла было все приготовлено. А вообще мы долго не могли найти парня на главную роль. Я был в отчаянии, потому что съемки уже скоро, а артиста нет. Но однажды мы зашли в кафе в Лысьве. Там за столом в углу сидел Ярослав с мамой и ее подругой. Я сказал продюсеру и оператору, Оле Ерофеевой и Артему Анисимову: «Кажется, это он». Они говорят: «Иди знакомься». Я подошел и произнес речь: «Вы, наверное, не поверите, но я кинорежиссер. Мы сейчас будем снимать кино и ищем главного героя. Можно ли вас, молодой человек, попросить прийти на пробы?» У Ярика очень классная мама, она сказала: «Хорошо, мы будем». Пришли бы мы в это кафе на час позже, ничего бы не было. — Помимо всего вы являетесь креативным продюсером Свердловской киностудии. Как поживает киностудия спустя год после смены руководства? — Мы пока занимаемся выстраиванием критической инфраструктуры для кинопроизводства. Она состоит из нескольких блоков. Это блок съемочного оборудования — операторская техника, осветительная и т. д. Дальше — системы хранения данных, сервера. И последнее — монтажная студия, ее надо строить. Сейчас мы над этим работаем. Параллельно работаем над фильмами: для нас было важно, чтобы киностудия вернулась в индустрию. Я как режиссер буду снимать художественную картину «Сломя голову»: начинаются кастинги, снимать будем в августе—сентябре. Ведем работу над двумя документальными фильмами. Также мы подаемся на разные гранты, конкурсы, проводим обучение для специалистов киноиндустрии. Вскоре станет понятно, будут ли у нас курсы, которые позволяют прекрасным театральным артистам Екатеринбурга и окрестностей получить дополнительные скилы киноактера. Я надеюсь, у нас летом будет киношкола для артистов. Если резюмировать, то мы работаем по всем направлениям, которые позволяют нам сделать киностудию ресурсным центром для уральских кинематографистов и там, где возможно, отменить имущественный ценз для молодых талантливых ребят, которые хотят развиваться в области кинематографии. — Планов у Свердловской киностудии действительно много. Какие сроки по реализации проектов вы для себя ставите? — Наука и искусство по приказу не рождаются. Мы пришли на выжженную землю. Если 18 лет ничего толкового не делали, то это быстро не появится. Мы, может быть, результаты собственных усилий увидим в начале следующего года, когда будет первый фильм «Сломя голову», первые работы, снятые нашими «сталкерами», которые будут исследовать Екатеринбург в рамках проекта «Код города». Когда со стороны смотришь на киностудию, кажется, что не видно, что что-то меняется. Но на Свердловской киностудии сейчас есть жизнь, это самое главное. Важно не обещать никому каких-то быстрых результатов. Не потому что мы плохо работаем, просто кинопроцесс так устроен: это долго, дорого и непросто.